Там, где жил юный Савва Мы уже не раз говорили о морозовском особняке, который находится в Большом Трехсвятительском переулке. Теперь в нем размещается одна из крупных компаний, и он недоступен широкой публике. Но сравнительно недавно появилось одно «окошечко»: для посещения был открыт приусадебный парк перед особняком. P И это дает нам повод ещe раз вернуться к наследию Морозовых в столице.Усадьба Хорошо известно, что Савва Васильевич Морозов переехал в Первопрестольную в середине 20-х годов XIX столетия, поселившись в Шелапутинском переулке у Рогожской заставы. Здесь воспитывался и его младший сын Тимофей, родившийся в 1823 году, который спустя 23 года женился на Марии Федоровне Симоновой. У супругов появились дети: Анна (1849), Алевтина (1850), Александра (1854), Юлия (1858), Савва (1862) и Сергей (1863), помимо других четверых детей, умерших в младенчестве. Ясно, что для многочисленной семьи нужны были соответствующие условия для жизни и воспитания детей. P С этой целью в 1864 году Тимофей Саввич приобрел на имя жены, что было не редкостью в купеческих семьях, имение на Ивановской горке, в Трехсвятительском переулке. Своим названием оно было обязано храму Трех Святителей (Василий Великий, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст), находящемуся в соседнем, Малом Трехсвятитель]ском переулке. Морозовы купили усадьбу за 120 тысяч рублей у известного предпринимателя винного откупщика Василия Александровича Кокорева (позже его сын Сергей женится на Евдокии Викуловне Морозовой). У Кокорева была здесь даже картинная галерея, но он вывез картины. Ранее это владение принадлежало князю С. Кантемиру, сыну молдавского господаря Дмитрия Кантемира (сподвижника Петра I), а затем его приобрел бригадир Лопухин, а его вдова устроила здесь образцовое частное училище. P Имение находилось недалеко от Китай-города, торгово-финансового центра Москвы. Отсюда легко можно было добраться до Владимирки, ведущей к Зуеву и Никольскому, а также до железной дороги, открытой до станции Орехово в 1861 году. Вначале поезда ходили от Нижегородского вокзала (там находится теперь платформа «Москва-Товарная», что рядом с остановкой «Серп и молот»). После постройки и открытия в 1896 году Курско-Нижегородского вокзала путь к поездам значительно сократился. Усадьба располагалась в историческом районе Москвы. Здесь высились купола и колокольни многих православных церквей, хотя не они были местом поклонения старообрядцев Морозовых. С территории морозовского имения был хорошо виден находящийся поблизости старинный Иванов]ский монастырь, с которым связаны любопытные истории известных русских женщин. Рядом с усадьбой стояли палаты петровского дипломата Е. И. Украинцева, в которых вплоть до 70-х годов XIX века размещался архив Коллегии иностранных дел. В его фондах работал А. С. Пушкин, когда он собирал материалы о Пугачеве, и, конечно, поэт не преминул оставить в «Евгении Онегине» ироническое четверостишие по поводу тех молодых людей, которые рассматривали этот архив как синекуру: Архивны юноши толпою На Таню чопорно глядят И про нее между собою Неблагосклонно говорят. После приобретения усадьбы Морозовы переделали главный особняк (архитектор Г. Черник). Он стал двухэтажным, с двадцатью комнатами, мезонином и зимним садом, а от него к пересечению Б. Трехсвятительского, Подкопаевского и Хохловского переулков спускался прекрасный густо засаженный сад. Разумеется, в доме была своя моленная, ибо до 1905 года старообрядцам было запрещено иметь свои храмы. Как уточняет доктор исторических наук Л. В. Иванова, в 1875 году Мария Федоровна купила еще соседний участок, между Большим и Малым Трехсвятительскими переулками, и на нем были возведены «постройки для Никольской мануфактуры правление, склады, конторы». Более подробное описание имения дает в своих воспоминаниях Григорий Николаевич Лист (1901 1993), внук Юлии Тимофеевны и Густава Листа, промышленника немецкого происхождения, обосновавшегося в Москве. Упомянув о главном особняке и приусадебном саде, Г. Н. Лист продолжает: «По другую сторону большого дома было тоже много места. Там был отдельный двухэтажный домик, в котором жила очень старая бывшая учительница, не то самой Марии Федоровны, не то ее четырех дочерей. Стоял еще позже специально построенный, с огромным окном в маcтерскую, дом, в котором художник И. И. Левитан прожил свои последние двенадцать лет до 1900 года. Потом там жили родственники Морозовых. На территории стояла еще оранжерея с пристройкой для садовника, был «черный» двор, где жили дворники, кучеры, стояли конюшни, каретные сараи (в будущем частью гаражи). Отдельно, на отшибе, два огромных деревянных сарая и, наконец, стоял еще фасадом на Трехсвятительский переулок дом Т-образной формы, в основном двухэтажный, и двухподъездный Вдоль главного дома, на некотором расстоянии, был большой овал, засаженный каким-то стлаником. Ближе к середине овала росли высокие деревья, похожие на пихты На всей морозовской территории было много жимолости, сирени. Было много птиц, зимой снегирей». Автор добавляет, что его мать, Мария Григорьевна, ездила вокруг этого овала, учась управлять автомобилем. Говоря о рабочих помещениях, Лист уточняет: «Строения с четными номерами по Б. Трехсвятительскому переулку своими задними сторонами ввиду малости расстояний выходили прямо в Малый Трехсвятительский переулок. Там, начиная от Подкопаевского переулка, вперед шел небольшой особняк (на склоне), где жил кто-то, причастный к Морозовым, далее шла территория, занятая большой конторой и управлением фирмы «Савва Морозов и сыновья». За ней шел склад фирмы». Жизнь Тимофеевичей в Трехсвятительском особняке ярко показана в книге Т. П. Морозовой и И. В. Поткиной «Савва Морозов». Подчеркнем лишь, что не приходится говорить о «косности», якобы царившей, по мнению иных авторов, в морозовской семье. Девочки учились дома, и для них Мария Федоровна приглашала опытных педагогов, одним из них был историк В. О. Ключевский. Они осваивали музыку и языки, посещали с мамой театры, а когда подро]сли, стали наиболее желанными невестами в купеческой среде и не только. Попасть на вечера в морозовский особняк в Трехсвятительском мечтали многие молодые люди. P Когда наступило время, первой из девушек вышла замуж старшая Анна. Она влюбилась в молодого историка Геннадия Федоровича Карпова (1839 1890), который был репетитором у ее братьев Саввы и Сергея. Этот брак, заключенный в начале 1869 года, оказался весьма плодотворным: Геннадий Федорович, опираясь на материальную помощь Морозовых, сумел сделать прекрасную научную карьеру. Анна Тимофеевна показала себя умелой хозяйкой, причем не только в быту у себя дома на Большой Ордынке (на доме 41 установлена мемориальная доска с фамилией Морозовых-Карповых), но и в ведении хозяйства во владимирском Сушневе и других своих имениях. Кроме того, она, как и все Морозовы, многое ]сделала на ниве благотворительности, в частности, увековечила имя рано умершего мужа, учредив Карповскую премию за лучшие работы по истории. И, самое главное, этот брак был осчаст]ливлен рождением пятнадцати детей. P Сестры Анны не сразу по]следовали ее примеру, и только в начале 1875 года вышла замуж Александра, опередив на год свою более старшую сестру Алевтину. Мужем последней стал доктор медицины Василий Феликсович Стримон (1840 1911). Однако этот брак закончился трагедией. Летом 1876 года, находясь в бельгийском курортном городке Остенде, Алевтина Тимофеевна покончила с собой. Так началась полоса трагических событий в жизни большой семьи Тимофеевичей, и среди жертв впоследствии оказались Александра Тимофеевна и ее супруг Александр Александрович Назаров (1849 1900), бывший одним из директоров Никольской мануфактуры. У жены, матери пятерых детей, со временем выявились признаки душевного расстройства. Весной 1900 года умер в возрасте всего 25 лет их сын Александр, и все это, видимо, настолько повлияло на состояние его отца, что вскоре он тоже ушел из жизни. А больная Александра Тимофеевна пережила его лишь на два года с небольшим. Злой рок продолжил преследовать семейство Назаровых, и в начале 1906-го в конторе правления Никольской мануфактуры был убит Сергей Александрович, младший брат А. А. Назарова. P Проблемы с психологиче]ским состоянием Александры и Алевтины Тимофеевен вкупе с подобными проблемами у Абрама Абрамовича Морозова-Тверского, Сергея Викуловича, Марии Саввишны (дочери Саввы Тимофеевича) заставляют невольно задуматься о том, все ли в порядке было с генетической наследственно]стью в роду Морозовых. Более счастливо сложилась жизнь Юлии, младшей дочери Тимофея Саввича и Марии Федоровны. Ее мужем в 1878 году стал Григорий Александрович Крестовников (1855 1918), также происходивший из купеческого сословия. Он сделал блестящую карьеру, которая увенчалась назначением его членом Государственного совета Российской империи. А Юлия Тимофеевна была крупной домовладелицей, воспитала шестерых детей. В Москве супруги Крестовниковы жили на Покровском бульваре ( 12 14), о чем гласит сохранившаяся и поныне мемориальная доска. Причем задняя часть их имения соприкасалась с усадьбой родителей Юлии. Как писал тот же Лист, территории двух усадеб соединял «проход прямо через вспомогательное здание Крестовниковых». Надо ли говорить, что это определенно повлияло на то, что она стала самой близкой помощницей своей матери, Марии Федоровны! Особенно это выразилось в благотворительной деятельности, причем Юлия Тимофеевна, впоследствии в инвалидной коляске, умудрялась координировать благотворительные акции своих родных и близких. О них мы рассказывали в предыдущих публикациях, а здесь упомянем лишь о том, как мать и дочь помогали властям в решении одной острой социальной проблемы. Это был Хитров рынок, находившийся в двух шагах от их владений, то самое «дно», описанное Гиляровским и многими другими публицистами, которое нашло также отражение в известной пьесе Горького «На дне». P С целью как-то помочь городским властям Мария Федоровна и Юлия Тимофеевна, бывшая к тому же членом городского попечительства о бедных Хитровки, стали скупать соседние дома, чтобы устраивать в них обездоленных и больных. В книге Н. А. Филаткиной «Династия Морозовых: лица и судьбы» указаны адреса некоторых этих домов: Хохловский переулок, 1, Подкопаевский переулок, 1, Б. Трехсвятительский переулок, 8, 9, 20, и другие. Братья и их мать А что же Савва и Сергей? В отличие от сестер они учились не только дома, но и поступили в учебные заведения. Сначала в известную 4-ю московскую гимназию на Покровке, здание которой, выстроенное в растреллиевском стиле, до сих пор является одним из прекрасных архитектурных памятников XVIII века. Кстати, здесь же учился Костя Алексеев, в будущем знаменитый режиссер К. С. Станиславский. Савва окончил гимназию, а Сергей продолжил образование в лицее имени цесаревича Николая. Затем оба брата поступили в Московский университет: первый окончил естественное отделение физико-математиче]ского факультета, а второй юридический факультет. Тимофей Саввич уже с юных лет возил сыновей на фабрики в Орехове, чтобы они постепенно осваивали премудрости их будущей профессии. После учебы Савва Морозов покинул отчий дом в Трехсвятительском, отправившись в 1881 году для продолжения образования в Англию, в Кембриджский университет, и с родителями остался лишь Сергей. Стачка на Никольской мануфактуре в 1885 году резко повлияла на семейный быт Морозовых. Савва был вынужден вернуться домой, чтобы помогать отцу на фабриках, который так и не пришел в себя после потрясений, связанных со стачкой и ее последствиями. Тимофей Саввич умер в 1889 году, когда отдыхал в Крыму, в Мисхоре. Прощание с усопшим прошло в Москве, и его похоронили на Рогож]ском кладбище, в семейной усыпальнице. Еще до этого своенравный Савва принес родителям весть, которая повергла их в шок. Он сообщил, что намерен жениться на Зинаиде Григорьевне (Зиминой), бывшей замужем за его племянником Сергеем Викуловичем Морозовым. Для старших Морозовых находиться под одной крышей с «разведенкой» не представлялось возможным, и какое-то время молодые жили в Орехове и на даче в Киржаче. Затем они переехали в Москву, снимали жилье на Большой Никитской, пока Савва Тимофеевич не купил на имя жены участок на Спиридоновке, где архитектором Шехтелем был построен знаменитый морозовский особняк. Сергей Тимофеевич тоже постепенно отдалялся от родительского крова, но уже по другой причине. Он увлекся живописью и народными промыслами, финансировал разные кустарные артели и в 1890 году организовал и возглавил Кустарный музей. Более того, он купил в центр
142600, Московская обл., г. Орехово-Зуево, ул. Ленина, 63
8 (496-41) 2-03-37 8 (496-41) 2-02-33
Газета «Орехово-Зуевская правда»
Комментариев нет:
Отправить комментарий